Война с Ираном запустила глобальную экономическую цепную реакцию из-за блокады Ормузского пролива, через который ещё недавно проходило около 20% мировых поставок нефти и газа. Энергетический шок распространился на мировое сельское хозяйство, поставки продовольствия, финансовые рынки и региональные экономики. На Западе и Глобальном Юге эксперты уже говорят о нежизнеспособности в такой ситуации глобальной финансовой системы, основанной на долларе.
Война с Ираном вышла далеко за пределы театра военных действий и затронула повседневную экономическую жизнь во всём мире. То, что началось как военный конфликт в Персидском заливе, быстро распространилось на рынки топлива, сельское хозяйство, финансы и торговлю. Война привела к повышению стоимости транспорта, удобрений, продуктов питания, лекарств, промышленных ресурсов и кредитов во многих странах мира. Словом, возможно, впервые в истории произошла региональная война с глобальными последствиями. Эксперты выделяют несколько этапов этого конфликта, который приведёт к краху современной экономической модели.
Первый – от топливного шока до продовольственного шока. Дефицит энергоносителей распространяется на производство удобрений. Последствия все увидят через несколько месяцев. Слабые урожаи приведут к росту цен на продукты питания. Нехватка продовольствия неизбежна. Некоторые правительства в мире рухнут.
Второй – крах инвестиций. Иранская война сделала инвестиционный климат крайне неопределённым. Началось «бегство в безопасные активы», такие как драгоценные металлы и сельскохозяйственные земли. Оно вызвано снижением обычной экономической активности из-за шока предложения. Ситуация будет усугубляться снижением доверия к институциональным инвесторам. Результатом станет перестройка торговых и инвестиционных моделей.
Третий – стагфляция и нагрузка на долларовую систему. Война приведёт к длительному дефициту энергии и высоким затратам на ресурсы. Это, в свою очередь, вызовет стагфляцию: замедление роста в сочетании с устойчивой инфляцией, что пошатнёт основы мировой экономики. Возникнут более глубокие вопросы о системе нефтедоллара, которая исторически основана на гарантиях безопасности США в обмен на торговлю нефти в американской валюте. Если Вашингтон не сможет защитить инфраструктуру в Персидском заливе и обеспечить бесперебойное судоходство через Ормузский пролив, то государства Персидского залива начнут переосмысливать валютную архитектуру. Нетрудно представить, что доллар окажется под большим давлением.
Четвёртый – крах правительств в Азии и Африке. Эти части света наиболее уязвимы. Их экономики сильно зависят от энергоресурсов и сырья стран Персидского залива. Если эти потоки прекратятся, то производство резко упадёт, готовая продукция станет дефицитной, а инфляция достигнет огромных цифр. Дешёвая электроника, одежда и товары для дома перестают быть доступными. Западные потребители ощутят эти потери через снижение уровня жизни, но последствия внутри Азии будут ещё более значимыми с политической точки зрения. Многие восточноазиатские государства строили социальную стабильность на обещании роста доходов и устойчивого развития. Эта модель роста терпит крах, возвращается политическая нестабильность.
Южная Азия выглядит ещё более уязвимой. Страны региона сильно зависят от денежных переводов трудовых мигрантов из стран Персидского залива и импорта энергоносителей. Иранская война нанесла по региону двойной удар: рост импортных издержек и падение внешних доходов. Под ударом оказалась индийская рупия. В итоге регион столкнётся с сочетанием высокой инфляции, оттока капитала и политической напряжённости.
В отличие от Азии Африка – континент, богатый ресурсами. Однако политические структуры там более слабы. Усилится борьба за африканские ресурсы со стороны внешних сил, частных военных компаний и региональных игроков, стремящихся получить большую долю рынка. Ресурсная политика, опосредованные конфликты и принудительная конкуренция станут неизбежными.
Пятый – кризис в Европе и испытание для Америки. Для Европы война усугубляет и без того сложную ситуацию. Многие европейские экономики сталкиваются с энергетическим стрессом, инфляционным давлением и ростом стоимости кредитов. Европа также тратит политический капитал, ассоциируясь с США в рамках более широкого западного блока, доверие к которому ослабло в глазах большей части мира. В итоге, если Вашингтон не сможет установить контроль над Ормузским проливом и война закончится тупиком, возникнут гораздо более серьёзные вопросы о долларе. Экономическая система, которая десятилетиями формировала повседневную жизнь во всём мире, рухнет.